begemot_0007 (begemot_0007) wrote,
begemot_0007
begemot_0007

Categories:

Приключения рыбинспекторов на Вятке (продолжение № 2)

Между тем, как выяснил суд, Мамаев пояснял на предварительном следствии (т.3 л.д. 88): «Дресвянников с напарником вытащили из мешков двух сомов весом около 16 кг и около 10 кг».
Аналогичные показания у Мамаева на л.д. 93 т. 3.
На очной ставке с Дресвянниковым Мамаев пояснил, что кому, какой сом достался, он не смотрел.
Таким образом, утверждение защиты, что показания Палтова следователь списал с показаний свидетеля Мамаева – несостоятельно.
В судебном заседании Палтов пояснял, почему в его показаниях о весе сомов допущена ошибка: он не хотел затягивать допрос, поэтому не стал делать замечание на протокол, в котором неправильно был указан вес рыбы, кроме того, не считал это важным.
Суд отверг также мнение защиты о том, что Палтов якобы не смог объяснить того, что почему при составлении протокола в отношении Мамаева он не все строчки бланка заполнил. Это не так. Палтов объяснил суду, что на реке во время рыбоохранной деятельности они торопились. Как правило, заполняют лишь строки, где указываются данные нарушителя, существо нарушения и где необходима подпись нарушителя. Остальные данные в протоколе дописывали в инспекции. В рассматриваемом протоколе Дресвянников сам своей рукой записал себя участником выявления нарушения, расписался за составителя протокола, по мнению Палтова по той причине, что фактически участвовал в задержании Мамаева. Суд согласился с мнением Палтова, так как оно подтверждено и показаниями Мамаева.
Суд признал доводы Палтова убедительными.
Суд не может согласиться с защитой в части того, что показания Хлюпина, Микрюкова не свидетельствуют якобы о причастности подсудимых к совершению этого эпизода в получении взяток, поскольку, по мнению защиты, являются всего лишь производными от показаний Мамаева. Между тем, производные показания в теории доказывания называются косвенными доказательствами, использование которых не запрещается УПК РФ. В рассматриваемом случае они, то есть показания Хлюпина и Микрюкова, подтверждают достоверность показаний Мамаева, а следовательно подтверждают причастность Дресвянникова к получению взятки от Мамаева.
Вопреки позиции защиты суд показания свидетеля Хохрина также признал достоверными.
То обстоятельство, что свидетель Хохрин не на все вопросы отвечал уверенно, а на иные вопросы ответить не мог, поясняя, что не помнит - не является основанием, вопреки мнению защиты, для признания всех его показаний недостоверными. Суд учитывает, что с момента события до его допроса прошло более четырех лет.

Не согласившись с защитой, суд считает, что представленная суду отрицательная характеристика Хохрина не является основанием для признания его показаний недостоверными, поскольку она не опровергает фактических обстоятельств по делу.
Как уже упоминалось ранее в приговоре, показания Хохрина, напротив, согласуются с показаниями других свидетелей и подсудимого Палтова.

Не признал суд и того, что свидетели защиты Усатов, Кузьмин и Коротков якобы подтвердили алиби Дресвянникова, то есть то, что он был в другом месте, не задерживал Мамаева, не был при составлении протокола и не брал у Мамаева сома в качестве взятки.
При этом суд взял за основу следующие факты.
Во-первых: свидетель Усатов не называет точного времени, когда к нему у Лисьего Яра подъехал Кузьмин с Дресвянниковым, называет «ближе к обеду», «около 11-12». Не называет он и время, когда по окончанию рыбалки за Дресвянниковым приехали на моторной лодке «шило» и Дресвянников покинул Лисий Яр. Следовательно, время могло быть любое другое. Усатов пояснил, что рыбачили на сомов 3-4 часа, «хотя не были вместе, но контактировали с Кузьминым и Дресвянниковым раз в полчаса». Это означает, что Дресвянников с Кузьминым были не все время в поле зрения Усатова.
Во-вторых: Дресвянникову и Палтову вменяется время получения взятки от Мамаева «около 13 часов», то есть это от 13 часов любые минуты до 12 часов, как и любые минуты от 13 до 14 часов.
В-третьих: ни один из допрошенных свидетелей, в том числе свидетелей защиты, ни подсудимые не заявили того, что на реке Вятка н.п. Суводи, н.п. Разбойного Бора, Лисьего Яра была бы еще другая лодка «шило» с мотором Тахатцу-40 и с другими инспекторами рыбоохраны, а не с Дресвянниковым и с Палтовым. Следовательно, речь идет лишь об одной лодке рыбинспекции, которую привезли Дресвянников с Палтовым из г. Кирова.
В - четвертых: свидетели Микрюков, Хлюпин, плывя к н.п. Суводи на резиновых лодках, видели именно лодку «шило» с лодочным мотором Тахатцу-40 около 13 часов, шедшую в сторону н.п. Суводи. В это время Мамаев плыл на двух резиновых лодках в сторону н.п. Разбойный Бор.
Суд пришел к выводу с учетом всех доказательств, что в моторной лодке были именно Дресвянников и Палтов. Подтверждается это и показаниями Мамаева, что около 13 часов к нему подъезжали Дресвянников с Палтовым составили протокол, забрали двух сомов и уехали в направлении н.п. Суводи.
В-пятых: как уже упоминалось ранее в протоколе и в постановлении в отношении Мамаева указанно время обнаружения правонарушения 12 часов 10 минут. Это время не выходит за пределы предъявленного обвинения подсудимым «около 13 часов».
В – шестых: свидетель Хохрин также подтвердил, что сомов к месту стоянки автомашины инспекции привезли на моторной лодке Палтов и Дресвянников после обеда.

Анализ выше перечисленных фактов свидетельствует о том, что задержание Мамаева Палтовым и Дресвянниковым, составление на него протокола, получение взяток в виде сомов, вписывается по времени в период «около 13 часов», в это же время свидетели Микрюков и Хлюпин видели именно лодку рыбинспекции с Дресвянниковым и Палтовым, едущую по реке Вятке. Как уже отмечалось ранее, другой такой лодки рыбинспекции на реке Вятке не было.

Таким образом, опровергаются показания Усатова, ошибочно полагающего, что Дресвянников не мог отлучаться из Лисьего Яра с 11-12 часов до 16-17 часов и не мог быть в месте задержания Мамаева.

Совокупностью вышеперечисленных фактов опровергается также утверждение Кузьмина о том, что Дресвянников 06.07.2002г. рыбачил с утра до вечера с ним в районе Лисьего Яра, никуда не отлучался.
При этом суд обратил внимание на показания Кузьмина о том, что в присутствии последнего в течение 05-06.07.2002г. Дресвянников составил лишь один протокол на нарушителя Правил рыболовства и выписал одну лицензию Усатову.

Между тем в т. № 6 на л.д. 70 имеется отчет Дресвянникова по командировке, в котором он указывает, что 05-06.07.2002г. в Оричевском районе во время рыбоохранной деятельности составлено 10 протоколов. Этот факт говорит о том, что Дресвянников не все время находился в поле зрения Кузьмина, а был на реке Вятка без него, в его отсутствие задерживал других нарушителей, было составлено еще 8 протоколов, очевидцем чего не был Кузьмин. А этот факт в свою очередь подтверждает правильность показаний Палтова, который пояснял, что когда Дресвянников с Кузьминым не смогли поймать сомов, а Дресвянникову сом нужен был на день рождение матери, они вдвоем с Дресвянниковым поехали на моторной лодке к прорве у Разбойного Бора с рыбоохранной деятельностью и там задержали Мамаева.
Суд находит, что Кузьмин из-за дружеских отношений, желая облегчить участь Дресвянникова, дал показания, создающие ему алиби.

Суд не согласился с тем, что свидетель защиты Коротков якобы подтверждает алиби Дресвянникова. При этом суд обратил внимание, что Коротков 06.07.2002 года не был рядом с Дресвянниоквым на реке Вятка. Коротков пояснил, что он спал на берегу, пил спиртное, поэтому он не мог видеть чем, где занимается на реке Дресвянников.

То, что ни Кузьмин, ни Коротков не видели сомов в салоне автомашины, не означает, того, что их там не было.

Как видно из показаний всех тех, кто был тогда в машине, в салоне ее была резиновая лодка, весла, вещи рыбаков, инспекторов, коробки, ящики под сидениями, среди этих предметов и была спрятана рыба. Палтов не зря подчеркнул, что друзьям Дресвянникова они сомов не показывали. В свою очередь свидетель Хохрин категорично заявил, что он мешки с сомами из лодки перенес именно в салон автомашины, на которой они были в командировке.
Суд исследовал лицензию, которую представил свидетель Усатов. Действительно, в ней указано время её выдачи - 12.00 часов 06.07.2002 года. Этот документ не опровергает того, что Дресвянников, выписывая ее в районе Лисьего Яра, имел возможность оказаться в 12 час. 10 мин. в месте задержания Мамаева. Этот вывод суд сделал, исходя из следующих фактов. Как показал Палтов, расстояние от н.п. Суводи до н.п. Разбойного Бора 8-10 км. Расстояние от Разбойного Бора до Лисьего Яра 3-4 км. Мамаев был задержан в районе между н.п. Суводи и н.п. Разбойным Бором ближе к Разбойному Бору. Следовательно, от Лисьего Яра расстояние было 6-5 км. На алюминиевой лодке с мотором Тахатцу мощностью 40 лошадиных сил это расстояние, возможно, преодолеть за 5-10 минут.

Ссылку защиты на то, что рыба не изымалась, не осматривалась, как орудие лова и транспортное средство Мамаева, а следовательно, по мнению защиты, отсутствуют доказательства того, что имели место взятки в виде только что выловленной рыбы, а именно сомов, суд считает несостоятельной.
Как уже ранее отмечалось в приговоре, доказательствами по уголовному делу являются любые сведения, на основе которых суд устанавливает наличие, отсутствие обстоятельств, подлежащих доказыванию при производстве по уголовному делу (ст. 74 УПК РФ).
Часть 2 относит к таковым показания обвиняемого, свидетелей и иные документы, протоколы следственных действий.
В рассматриваемом случае обстоятельства, подлежащие доказыванию, установлены показаниями подсудимого Палтова, свидетелей, протоколами их допросов на стадии предварительного расследования, протоколами очных ставок, оглашенными в суде, документами по командировкам.


Эпизоды от декабря 2002 года, от 21-22.01.2003 года, от декабря 2003 года (Плишкин), от 21-22.01.2003 года, от декабря 2003 года, (Саламатов), д. Актюба.

Свидетель Плишкин суду пояснил следующее: ни к Дресвянникову, ни к Палтову он неприязни не испытывает, говорит только правду. Так в декабре 2002 года, в январе 2003 года на реке Вятка возле д. Актюба он рыбачил жаками. Устанавливал 45 штук. Неподалеку рыбачил и Саламатов. Инспекторы Дресвянников и Палтов знали об этих нарушениях правил рыболовства, однако, протоколы не составляли, жаки не изымали, взамен Дресвянников, как старший опергруппы, потребовал давать рыбу. Механизм дачи взяток был отлажен. Он вспоминает случай в декабре 2002 года, когда Дресвянников и Палтов приехали на снегоходах «Буран» с нардами. На реке у них с Саламатовым имелась будка. Они выпили спиртного в этой будке, он дал Дресвянникову, как старшему по должности, в двух мешках налимов весом по 40 кг, всего 70 кг по рыночной цене 40 рублей за 1 кг, и они уехали. Во второй половине 2003 года вновь на снегоходах приехали Дресвянников и Палтов. Вновь как прежде он и Саламатов дали Дресвянникову, как старшему опергруппы, по мешку налимов весом по 40 кг по цене 40 рублей за 1 кг. В январе месяце 2003 года таких аналогичных случаев было 3-4, порой рыбачили только для дачи взяток инспекторам рыбоохраны. В декабре 2003 года точно также он рыбачил жаками, был хороший клев, приезжали Палтов с Дресвянниковым на снегоходах, Дресвянников требовал рыбу взамен на то, что он не будет составлять протокол и изымать запрещенные орудия лова – жаки, и вновь пришлось дать налимов 40 кг в мешке. Порой приходилось ему отдавать весь улов налимов как взятку (т.9л.д.179).

Из оглашенных с согласия сторон показаний Плишкина, которые он дал на стадии предварительного следствия, следует, что в зимний период с конца ноября по январь 2002-2003 годов он занимался ловлей налимов жаками. Он точную дату не помнит, но примерно во второй половине ноября 2002 года он как обычно проверял жаки в районе д. Актюба. На снегоходе «Буран» появились на реке Вятке Дресвянников и Палтов. Дресвянников, узнав, что у него (Плишкина) установлено 50 жаков, разъяснил об уголовной ответственности за браконьерство. Испугавшись, он спросил Дресвянникова, можно ли разрешить проблему как-то по-другому. Вот тогда Дресвянников предложил давать ему рыбу при каждом приезде, тогда и будет разрешена проблема. На этот раз он (свидетель) дал Дресвянникову в двух мешках налимов весом по 35 кг каждый, то есть всего 70 кг по цене 40 рублей за 1 кг. Дресвянников не составил протокол, жаки не изъял. В январе 2003 года он также проверял жаки на реке Вятка у д. Актюба и вновь на снегоходе «Буран» приехали Дресвянников и Палтов. Дресвянников заявил, что приехал за рыбой. Зная, что Дресвянников не составит протокол, не изымет жаки, если дать ему рыбу, он передал Дресвянникову 40 кг налимов в мешке. Аналогичная ситуация была где-то в конце ноября 2003 года, хотя он точную дату не помнит. У Саламатова в этом же районе были поставлены жаки, ему известно, что Саламатов также передавал налимов Дресвянникову мешками. Палтов с ним переговоров о взятках в виде рыбы не вел (т.3л.д.25-30).

Аналогичные показания Плишкин давал на стадии предварительного следствия при дополнительном допросе его (т.3л.д.31-35), а также при дополнительном допросе от 04.10.2006 года (т.3л.д.36-37). При этом Плишкин уточнил, что жаками рыбачил налимов и передавал их в качестве взятки Дресвянникову не в ноябре, а в декабре 2002 года и в декабре 2003 года. Месяц ноябрь назвал ошибочно. Остальные показания подтвердил в полном объеме.
На очной ставке с Дресвянниковым Плишкин подтвердил то, что зимой 2002 и 2003 годов давал Дресвянникову взятки в виде рыбы – налимов за то, чтобы тот не составлял протоколы и не изымал жаки. Иногда для улучшения своих показателей Дресвянников все же составлял административные протоколы на него по незначительным правонарушениям с минимальной штрафной санкцией. Ранее он не заявлял о взятках, которые передавал Дресвянникову по той причине, что занимался незаконной рыбалкой и понимал, что Дресвянников примет к нему меры. В последнее время рыбачить прекратил, так как Дресвянников перестал приезжать в Малмыжский район, договариваться о взятках из-за незаконной рыбной ловли стало не с кем (т.3л.д.43-47).
Суд, проанализировав показания Плишкина, сопоставив их между собой, не находит в них каких-либо существенных противоречий, дающих основание считать, что они не достоверны. Отдельные неточности в своих показаниях Плишкин объяснил тем, что с момента событий прошло длительное время, эпизодов взяток было много, он не вел их учет, поэтому трудно дать точные показания. Суд находит это объяснение Плишкина убедительным. Его показания подтверждаются показаниями свидетелей Саламатова, Юнусова, Хохрина, подсудимого Палтова.

Свидетель Плишкин во время допроса от 21.08.2006 года показал на фрагменте топографической карты места на реке Вятка в районе д. Актюба Малмыжского района, где он передавал взятки в виде налимов в декабре 2002 года, в январе 2003 года и в декабре 2003 года.

Из показаний свидетеля Саламатова в судебном заседании следует, что он подсудимых знает, неприязни к ним не испытывает, что он постоянно в зимнее время года ставил на реке Вятке в районе д. Актюбы от 40 до 60 жаков для вылова налима в нерестовый период, что является нарушением Правил рыбоохраны. Аналогичным способом рыбачил и Плишкин. В один из дней января 2003 года он увидел, как от Плишкина к нему на снегоходах подъехали Дресвянников и Палтов. Для того, чтобы инспекторы не тронули снасти, не составили протокол, они с Плишкиным давали им рыбу, и на этот раз он отдал заранее приготовленный мешок с налимами весом 40 кг по цене 40 рублей за 1 кг. Этот мешок с рыбой он сам положил в сани снегохода. В свою очередь Дресвянников не составил протокол, жаки не изъял. Плишкин говорил ему, что тоже дал мешок налимов Дресвянникову, чтобы тот не составил протокол и не изъял жаки. Ему из инспекции сообщали иногда, что Дресвянников и Палтов выехали на проверку в Малмыжский район, он сразу же готовил очередной мешок налимов – это была норма взятки. В декабре 2003 года вновь приехали на снегоходе Дресвянников и Палтов. В будке выпили спиртного, Дресвянников сказал ему: «Не обижай рыбой, и всё будет нормально». Он передал Дресвянникову мешок налимов весом 40 кг по цене 40 рублей за 1 кг. Дресвянников протокол не составил, жаки не изъял. Он (свидетель) продолжал, как и прежде, рыбачить жаками. Ему известно, что в декабре 2003 года Плишкин дал Дресвянникову мешок налимов, того также не трогали. Обычно жаки ставили в конце ноября, и они стояли по конец января. Когда Дресвянников с Палтовым приезжали в Малмыжский район, на протяжении трех лет ночевали, пили, ели у него. Их опергруппа даже помогала долбить жаки и вытаскивать рыбу. Явку с повинной он написал добровольно. Ранее не писал её, считая, что это бесполезно. Он находит, что на предварительном следствии он говорил тоже самое, то есть правду. По его мнению, именно Дресвянников, как руководитель, решал вопрос, брать или не брать взятку в виде рыбы. На предварительном следствии при допросе он упустил это, ошибочно назвал дату передачи взятки – ноябрь, а не декабрь 2003 года, так как иногда начинали рыбачить жаками и в ноябре, когда был ледостав. А в 2003 году начали рыбачить именно 26 ноября. В 2004 году у Дресвянникова был «пик славы», сам он уже перестал приезжать за рыбой, однако, ему рыбу продолжали переправлять с другими инспекторами рыбоохраны.

Из оглашенных с согласия сторон показаний свидетеля Саламатова, которые он дал на стадии предварительного следствия (т.2л.д.51-62), следует, что в январе 2003 года они с Плишкиным реку Вятку у д. Актюба поделили между собой, ловили налимов жаками. В один из дней он видел, как со стороны Плишкина к нему подъехали на снегоходах Дресвянников и Палтов. У них уже был мешок с рыбой. Дресвянников сразу заявил, что он (Саламатов) незаконно рыбачит запрещенной снастью, чтоб не было проблем, потребовал дать рыбу. Он вынужден был дать мешок налимов весом около 40 кг. Дресвянников сказал, что еще будет приезжать за рыбой. На этот раз протокол не составил, жаки не изъял. Действительно, в следующий зимний сезон, точную дату он не помнит, возможно в ноябре 2003 года, при аналогичной ситуации ему пришлось отдать Дресвянникову мешок с налимами весом 40 кг вновь протокол не был составлен, жаки не изымались. Разговоры о взятках вел не Палтов, а Дресвянников.

В показаниях на л.д.61 т. 2 Саламатов уточнил, что взятки давал Дресвянникову в виде налимов не в ноябре, а в декабре 2003 года.

На очной ставке с Дресвянников свидетель Саламатов подтвердил, что зимой 2003 года рыбачил жаками у д. Актюба на реке Вятка, вылавливал налимов, давал эту рыбу Дресвянникову за то, чтобы спокойно рыбачить, чтобы его никто не трогал.

Суд проанализировал показания свидетеля Саламатова, которые он дал на суде и на стадии предварительного следствия, сопоставил их между собой и, вопреки мнению защиты, пришел к выводу о том, что никаких существенных противоречий в них нет, следовательно, они достоверны. Свидетель вправе уточнять свои показания, что и сделал Саламатов, к примеру: 26.11.2003 года он начал лов рыбы жаками, а передача взятки Дресвянникову была не в ноябре, а в декабре 2003 года. По остальным существенным моментам, относящимся к событиям преступлений, показания его последовательны, подтверждаются показаниями Палтова, Плишкина, Юнусова.

Суд не согласился с выводом защиты и в части того, что Саламатов давал противоречивые показания по дате 21-22.01.2003 года. Он сразу же в суде говорил, что он точное число января 2003 года не помнит, но передача взятки в виде рыбы Дресвянникову была именно в этом месяце, добавил, что и перед рождеством в том числе приезжали инспекторы за рыбой, однако. Саламатов не утверждает категорично, что именно эта взятка, которая была вменена Дресвянникову, передана ему перед рождеством.
Сторона защиты необоснованно сделала вывод, что Саламатов точное количество и видовой состав рыбы, переданный в качестве взятки, не указывает. Это не так. Саламатов пояснял, что давал рыбу в виде налимов – целый мешок, в который входит 40 кг этой рыбы.
Суд не согласен с позицией защиты и в части того, что Саламатов в суде стал изобличать не только Дресвянникова, но и Палтова в получении взяток в виде налимов. Однако, Палтову эпизод от 21-22.01.2003 года не вменен и не может быть вменен согласно ст. 252 УПК РФ, а следовательно, по мнению защиты, показания Саламатова следует считать не правдивыми, не достоверными, поскольку, по мнению защиты, и следователь не поверил Саламатову. Однако, суд пришел к иному мнению. Показания Саламатова подтверждаются не только показаниями Палтова, но и свидетелей Плишкина, Хохрина, косвенно и Юнусова, а также документами по командировке, свидетельствующими, что Дресвянников был в Малмыжском районе и, как показал свидетель Хохрин, занимался рыбоохранной деятельностью, передвигаясь по реке Вятка на снегоходе. При этом суд обратил внимание на то, что как на стадии предварительного следствия, так и в судебном заседании Палтов, Плишкин, Саламатов, неоднократно подчеркивали, что все переговоры по взяткам вел именно Дресвянников как старший в оперативной группе, именно требовал дать рыбу, он решал вопрос о том, будет или не будет составлен протокол, будут или нет изыматься жаки, произносил при этом: «Не обижайте рыбой, и вас никто не заденет», Палтов же был единственный раз инициатором взятки в н.п. Суводи.

Показаниями свидетеля Хохрина А.Г. (т.11л.д.6-23) подтверждается, что в январе 2003 года он, как водитель инспекции, вместе с Дресвянниковым и Палтовым был в рейде на автомашине УАЗ, ночевали тогда в г. Малмыже у Паюрова. Инспекторы по реке Вятке ездили на снегоходах «Буран», а он оставался на берегу в машине. Кто-то из них принес рыбу в мешке. Эту рыбу привезли в г. Киров, выгрузили в гараже инспекции, ему дали 1 кг налимов. Из каждого рейда они привозили рыбу.
Свидетель Юнусов Г.Н. (т.11л.д.58) в суде утверждал, что к Палтову и к Дресвянникову неприязни не испытывает. Инспекция рыбоохраны создала рыболовецкую бригаду из браконьеров в составе Плишкина, Саламатова и Воробьева, которые рыбачили в любое время года запрещенными орудиями лова: сетями, жаками, аханами, без лицензии. Он (Юнусов) покупал у них рыбу, налимов по 40 рублей за 1 кг, судаков, стерлядь, сомов по 60 рублей за 1 кг. Браконьеры рассказывали ему, что им приходится часть рыбы отдавать инспекторам рыбоохраны, в том числе Дресвянникову, Палтову за то, чтобы их не привлекали к административной ответственности, не изымали орудия лова. Саламатов как-то поделился тем, что ему пришлось направить в Кировскую инспекцию налимов где-то на 50000 рублей и что рыбачить стало невыгодно, говорил, лучше штрафы платить, чем давать взятки. Говорил, что вот опять позвонил Дресвянников, сообщил, что приедут Палтов и Файзрахманов и с ними нужно переправить в г. Киров рыбу. Браконьерство стало процветать на реке Вятка с приходом Дресвянникова на руководящую должность.
Из оглашенных с согласия сторон показаний Юнусова (т.3л.д.173-175) следует, что он не возглавлял бригаду браконьеров в составе Саламатова, Воробьев, Плишкина, наоборот, боролся за то, чтобы на реке был порядок. Рыбу покупал у перечисленных выше граждан лишь себе на еду.

Свидетель Воробьева А.Н. пояснила, что супруг рыбачил с 2002 года, ловил зимой налимов, летом лещей, каким способом и какими снастями, не знает, давал ли рыбу инспекторам рыбоохраны, также не знает (т.11л.д.79).

Свидетель Плишкина подтвердила, что Дресвянникова видела с Файзрахмановым в доме у Саламатова, они там выпивали, ночевали. Супруг её рыбачил, зимой ловил налимов, летом судаков, стерлядь, сомов, продавал рыбу. Иногда приходил с рыбалки злой, говорил, что приходится часть рыбы передавать кому-то из инспекторов рыбоохраны. Об этом же говорил и Саламатов. В качестве тары под рыбу муж использовал мешки. Взвешивал рыбу безменом. Мог и без весов определить вес её, держа просто в руке. Обычно в мешок входит 40 кг рыбы. Налимов продавали по 40 рублей за 1кг. Ежедневно муж приносил с рыбалки 1-1,5 мешка с рыбой.

Свидетель Альчиков А.А. в суде и на стадии предварительного следствия показал, что Саламатов является ему соседом, действительно, занимается ловлей рыбы на реке Вятка, имеет лодку, лодочный мотор. У Саламатова есть сарай, в котором он хранит рыбу, рыбачит он лет 10. Он (свидетель) покупал у Саламатова налимов по цене 40 рублей за 1 кг, сомов, судаков, стерлядь по цене 60 рублей за 1 кг.

Свидетель Девятов подтвердил в судебном заседании, что зимой 2002-2003 годов он осуществлял вылов в реке Вятка в Малмыжском районе налимов и продавал их по рыночной цене по 40 рублей за 1 кг.
В уголовном деле имеются исследованные судом иные документы, как доказательства, это копии командировочных удостоверений с прилагаемыми документами, в частности:
- копии командировочных удостоверений № 261 и № 264 с прилагаемыми документами, согласно которой Дресвянников С.Л. в период 17-20.12.2002 года и 23.12.2003 года находился в служебной командировке с отметкой в н.п. Вятские Поляны (т.6л.д.8-9,11),
- копия командировочного удостоверения № 4 с прилагаемыми документами, согласно которой Дресвянников С.Л. в период 21-22.01.2003 года находился в служебной командировке с отметкой н.п. Вятские Поляны (т.6л.д.13,14,15,т.13л.д.105),
- копия командировочного удостоверения № 259 с прилагаемыми документами, согласно которой Дресвянников С.Л. в период 06-07.12.2003 года находился в служебной командировке в н.п. Вятские Поляны (т.6л.д.43,т.13л.д.125),
- копия командировочного удостоверения № 261 с прилагаемыми документами, согласно которой Дресвянников С.Л. в период 12-13.12.2003 года находился в служебной командировке с отметкой в н.п. Вятские Поляны (т.6л.д.44, т. 13л.д.127),
- копия командировочного удостоверения № 5 с прилагаемыми документами, согласно которой Палтов А.Ф. в период 21-22.01.2003 года находился в служебной командировке с отметкой в н.п. Вятские Поляны (т.13л.д.143-145).

Как пояснил в судебном заседании подсудимый Палтов, возвращаясь из командировок из г. Вятские Поляны зимой 2002 года и зимой 2003 года, они заезжали за рыбой к Плишкину и Саламатову на реку Вятку в район д. Актюба, зная о том, что те в то время рыбачат жаками, всякий раз Дресвянников требовал с них рыбу – налимов.

Суд не согласился с защитой в части того, что в материалах уголовного дела отсутствуют следственные уголовно-процессуальные, административно-процессуальные документы по факту незаконной добычи рыбы Плишкиным и Саламатовым в указанные периоды времени и в указанном месте, следовательно, по мнению защиты, они и не установлены, а выводы обвинения основаны на предположениях. Тем более, как считает защита, что жаки, которыми якобы Плишкин и Саламатов ловили рыбу, не изъяты, не осмотрены, не приобщены в качестве вещественных доказательств по уголовному делу. Защита, ссылаясь на показания подсудимого Дресвянникова, свидетеля Мамаева А.В., являющегося младшим научным работником Пермского отделения ГОСНИОРХА, отрицает, что в указанные в обвинительном заключении периоды времени Плишкин и Саламатов имели возможность вылавливать по 40, 70 кг налимов.

Вышеуказанная позиция защиты опровергается показаниями подсудимого Палтова, свидетелей Саламатова, Плишкина, которые однозначно заявили, что вылов налимов жаками зимой 2002 и 2003 годов осуществлялся, причем в количествах более чем 40-70 кг. Саламатов и Плишкин не работали, а семьи содержали лишь за счет вылова рыбы, в том числе зимой за счет вылова налимов. Этот факт подтвердил свидетель Юнусов, свидетели Плишкина, Альчиков, Хохрин.

Согласно ст. 74 УПК РФ в качестве доказательств допускаются показания обвиняемого, свидетелей, протоколы следственных действий. Свидетели обвинения, подсудимый Палтов по рассматриваемому эпизоду допрашивались как на стадии предварительного следствия, так и в суде с соблюдением требования ст. 164, ст. 173, ст. 174, ст. 189-190, ст. 275, ст. 187-191, ст. 278 УПК РФ.

Оглашение показаний Палтова, свидетелей обвинения производилось так же с соблюдением ст. 276, ст. 281 УПК РФ.
Следовательно, у суда нет оснований исключать их показания из круга доказательств. При этом их показания основаны не на догадках, предположениях, слухах, а на личном восприятии событий. Эти доказательства свидетельствуют о том, что в декабре 2002 года, в декабре 2003 года, в январе 2003 года Дресвянников получал взятки от Плишкина и Саламатова в виде налимов.

Напротив, суд не может взять за основу показания свидетеля Мамаева А.В. (ихтиолога) в связи с тем, что он сам в суде пояснил: ихтиологических исследований по видовому, количественному составу рыбы, контрольного вылова на реке Вятка в районе д. Актюба не проводилось ни им самим, ни кем-то другим. Следовательно, его выводы о невозможности вылова налимов по 40-70 кг в районе д. Актюба в указанные выше три зимних периода как раз носят предположительный характер, основаны лишь на общих рассуждениях о том, что «из-за гибели ерша количество налимов в реке Вятка уменьшилось».

К примеру: утверждения данного свидетеля о том, что в мае в Малмыжском районе лов рыбы аханом невозможен из-за массового движения льда (т.10л.д.39) опровергается данными административного протокола на л.д. 149 т. 5, согласно которому ГИР Гусев составил протокол в отношении Плишкина за незаконный лов рыбы аханом именно в апреле, 16 числа 2003 года.
Утверждения Мамаева А.В. о том, что в апреле сетями лов рыбы невозможен в Малмыжском районе из-за ледохода опровергается административным протоколом на л.д.248 т. 2, согласно которому 20 апреля 2002 года на 130 км реки Вятка Саламатов был задержан за незаконный лов рыбы сетями, обнаружена стерлядь.
Эти обстоятельства еще раз подчеркивают то, что как раз выводы Мамаева А.В., не являющегося очевидцем рассматриваемых событий, и носят предположительный характер, основанные на общих рассуждениях, они опровергаются конкретными фактами из реальной жизни, более того, подтверждаются свидетельскими показаниями Саламатова, Плишкина, Хохрина, Юнусова, Альчикова, подсудимого Палтова.

То, что жаки не изымались, не осматривались, не исключает того, что они фактически были и устанавливались в зимние периоды Саламатовым, Плишкиным на реке Вятка в районе д. Актюба. Это достоверно подтверждено ими самими, Палтовым. Кроме того, косвенно подтверждается тем, что Саламатов и после рассматриваемых событий продолжал ставить жаки. Об этом пояснили суду даже свидетели защиты Возисов, Мальцев, Шестоперов: по их словам зимой 2006 года было вырублено 80 жаков, принадлежащих Саламатову в районе д. Актюба, а в январе 2007 года вновь обнаружено 5 жаков, принадлежащих Саламатову.

У суда нет сомнений в том, что и Саламатов, и Плишкин осуществляли лов налима в зимний период жаками и передавали рыбу в качестве взятки Дресвянникову.

Нельзя согласиться с мнением защиты, что Плишкин, Саламатов, не имея ихтиологического образования, могли спутать налимов с молодыми сомами. Как пояснили Плишкин и Саламатов, они имеют большой опыт в рыболовстве. Даже свидетели защиты подчеркивали то, что Плишкин и Саламатов являются заядлыми браконьерами на протяжении многих лет. Общеизвестен факт, что зимой сомы не ловятся. Следовательно, налимов Плишкин и Саламатов в зимнее время никак не могли спутать с сомами. Кроме того, Дресвянников и Мамаев А.В. сами поясняли суду, что сомы ловятся в теплую летнюю погоду.
Tags: Трибунал
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Comments allowed for friends only

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments