begemot_0007 (begemot_0007) wrote,
begemot_0007
begemot_0007

Categories:

История джихада в Узбекистане

История джихада в Узбекистане.
Взято отсюда.

Части 3 и 4.
Джихад. История времён смуты

Автор:

Урусхан


Основано на реальных событиях. Художественный вымысел имеет место.

Продолжение.

Глава 2. Наманганский батальон.

Наверное, в такой же степени, в какой в те годы повезло Узбекистану, не повезло соседнему Таджикистану. Здесь шли те же процессы, но своего Каримова в Таджикистане не нашлось.

Лидер республиканской компартии Кахар Махкамов в августе 1991 года на свою беду поддержал ГКЧП, что и стало поводом для митингов протестов оппозиции. Облюбовав центральную душанбинскую площадь Шахидон, оппозиционеры потребовали отставки Махкамова. В те дни на площади Шахидон можно было видеть не только таджикских оппозиционеров, но и залётных российских демократов: Собчака, Станкевича, Старовойтову, Ковалёва и прочих. Российские демократы тепло обнимались со своим бородатым «коллегой» Саидом Абдулло Нури, лидером таджикской оппозиции, гневно обличали диктатора Махкамова и выступали с поддержкой демократических процессов. Однако, Махкамов оказался никудышным диктатором, остановить «демократические процессы» у него не хватило воли, и он ушёл в отставку. Потом были выборы, на которых победил коммунист Набиев. Согнали и его. В отсутствие «твёрдой руки» в стране началась анархия и гражданская война, за которой с тревогой наблюдали в соседних странах.

***
Президент Российской Федерации Борис Николаевич Ельцин сидел в своём кремлёвском кабинете, раскинувшись в кресле, и рассеяно слушал по телефону своего узбекского коллегу.
- Борис Николаевич, я вас очень прошу, я вас просто умоляю, издайте какой-нибудь указ, возьмите все части Советской Армии под российскую юрисдикцию пока не поздно, пока оружие не расползлось по всей стране!
- Да, что вы так переживаете, Ислам Абдуганиевич? – возразил Ельцин. – Я ведь только что был в Ташкенте, мы подписали Договор о коллективной безопасности, Россия не оставит Узбекистан в беде.
- За договор мы благодарны, но речь не о нас, в Таджикистане сейчас нет власти, там идёт настоящая война и Россия как гарант мира и стабильности должна вмешаться.
- Неужели всё так серьёзно?
- Всё очень серьёзно, Борис Николаевич, власть постепенно переходит в руки религиозных экстремистов, Россия должна оказать поддержку тем, кто выступает против них. Если сейчас не остановить эту заразу, она придёт сначала к нам, а потом и к вам.

***
Пасмурным сентябрьским днём 1992 года по улицам таджикского города Курган-Тюбе мчался кортеж чёрных джипов. Из окон джипов торчали дула автоматов, а на лобовых стёклах красовались портреты товарища Сталина. В центральной машине сидел человек лет 65 и хмуро смотрел в окно. Человека звали Сангак Сафаров, в криминальных кругах он был известен как «Бобо Сангак» (Дед Сангак).
Сангак был вором в законе, провёл за решёткой около 20 лет, он привык жить по понятиям и не хотел жить по законам шариата. И когда в его вотчине появились бородатые исламисты, братва Деда Сангака дала им отпор. Объединившись с другими людьми, боровшимися против исламистов, Сафаров возглавил «Народный фронт», а в противовес идеи создания исламского государства выдвинул другую весьма причудливую идею. Дед Сангак объявил, что будет бороться за восстановление Советского Союза. В качестве наглядной агитации он вывесил на крыше своего штаба красный флаг, а своим сторонникам приказал украсить лобовые стёкла машин портретами самого удачливого пахана всех времён и народов товарища Сталина.
Кортеж автомобилей остановился у здания областного военкомата. Охрана выскочила из джипов и плотным кольцом окружила своего шефа.

***
- Будьте уверены, ака Сангак, я сделаю всё, чтобы остановить эту заразу, — хлопнул ладонью по столу молодой военком области и, сверкнув глазами, горячо добавил:
- После победы мы водрузим красное знамя над пиком Коммунизма!
- Страна тебя не забудет, Махмуд, — похвалил военкома Сангак. – Но я хочу знать, что конкретно ты можешь для нас сделать.
- Вот, — военком вытащил из ящика стола бумагу и протянул её Сафарову. – Наконец-то, дождались.
Сангак надел очки и вслух прочитал заголовок: «О переходе под юрисдикцию Российской Федерации воинских формирований, находящихся на территории Таджикистана».
- Что это? — Сангак вопросительно посмотрел на военкома.
— Ельцин взял под юрисдикцию России 201 мотострелковую дивизию, у меня есть друзья среди русских, ака Сангак, я договорюсь с ними. Они понимают наши проблемы и помогут. Будьте спокойны, бородачи не возьмут Курган-Тюбе.

***
Бежав из Узбекистана Джума Ходжиев, Тахир Юлдашев, Вячеслав Ким, ставший Абдуллой и прочие их единомышленники обосновались в Гармской области Таджикистана. В те времена Гарм был оплотом таджикских исламистов, здесь Джума и его люди чувствовали себя в полной безопасности и гораздо лучше, чем дома. Хотя, для того, чтобы подчеркнуть, откуда он родом, Ходжиев стал называть себя Джумой Наманганским, а свою бригаду Наманганским батальоном. Занимались «наманганцы» диверсиями против «Народного Фронта», а развлекались, терроризируя и убивая мирное русское население, тех, кто не успел унести ноги из Таджикистана.
- Как зовут этого слугу Шайтана, уважаемый Саид Абдулло? Одно ваше слово и я принесу вам его голову!
Лидер таджикской оппозиции довольно улыбнулся.
- Его имя Махмуд Худойбердыев, военком Курган-Тюбе, — перебирая четки, ответил Нури.
- Он узбек? – в ярости воскликнул Джума.
- Узбек, — утвердительно ответил Нури. – И именно поэтому, я хочу, чтобы ты, именно ты, Джума, разобрался с ним. Покажи врагам Ислама, на что ты способен.

***
Заместитель полковника Худойбердыева Сергей Зварыгин ворвался в кабинет своего шефа и без предисловий выпалил:
- Беда, Махмуд, беда!
- Что? Что случилось? Говори толком Сергей, — с тревогой ответил Худойбердыев.
- Они, они…
- Что? Кто они?
- Они убили охрану и захватили твой дом, Махмуд. Вместе с женой и сыном.
Глаза полковника вмиг налились кровью, он в ярости закусил кулак, и тяжёло задышал.
- Кто? Кто?
- Узбеки. Наманганский батальон. Это звери, Махмуд, — ответил Зварыгин.
- Чего хотят? Требования? – мрачно спросил полковник.
- Вот, — Зварыгин протянул записку.
«Махмуд, у тебя очень красивая жена. Я даю тебе два часа, чтобы ты перегнал танки на нашу сторону. Не сделаешь, мои люди познакомятся с твоей женой. Джума Наманганский».
- Что будем делать, Махмуд?
- Что будем делать, – смяв бумажку, повторил Худойбердыев. – Что будем делать, что будем делать…

***
- Ты, что опомнись, там же твоя семья, — пытался остановить Худойбердыева Зварыгин. Но, полковник не обращая внимания на слова заместителя, размашисто шагал к танку:
- У меня нет выбора, Сергей, — на ходу бросал он. — Если я выполню ультиматум, их всё равно убьют. Поэтому, — полковник остановился и воздел глаза к небу. — Если есть Аллах, он спасёт семью от смерти, а если нет.… Если нет, значит, так суждено.

***
- Смотри, Джума, кажется, этот военком всё правильно понял — улыбнулся Ким. – Танки идут.
- Точно, — радостно усмехнулся Джума. – Идут!
Но головной танк вдруг остановился и медленно стал наводить пушку прямо на дом, в котором находились Джума и Ким.
— Что он делает? – только успел вскрикнуть Джума.
В этот момент сидевший в танке Худойбердыев дал залп по собственному дому.

***
Семья Махмуда Худойбердыева чудом осталась в живых. Благодаря танкам 201 мотострелковой дивизии «Народный фронт» удержал Курган-Тюбе. Худойбердыев после этого случая был назначен командиром бригады Вооружённых сил Таджикистана, и принял активное участие в гражданской войне.
В середине 1993 года в войне наступил перелом. Правительственные войска, костяк которых составляли отряды «Народного Фронта» при поддержке России и Узбекистана оттеснили исламистов в Афганистан. Туда же ушёл и Наманганский батальон. Здесь Юлдашев и Ходжиев объявили о создании новой организации Исламское Движение Узбекистана, сокращённо ИДУ.
Исламисты продолжали бороться с правительством Таджикистана, но в июне 1997 года при посредничестве России гражданская война в Таджикистане, унесшая около 50 000 жизней закончилась. В обмен на важные посты в руководстве страны оппозиция признала власть своего противника президента Эмомали Рахмонова и вернулась в страну. Вместе с ними вернулись и отряды ИДУ. В уже знакомых им горах Гармской области Джума Наманганский создал сеть тренировочных лагерей, куда со всего Узбекистана стали стекаться его недобитые сторонники. Отсюда ИДУ, повело диверсионную войну против Узбекистана.


Продолжение.

Глава 3. ИДУ.

2 декабря 1997 года у здания хокимията (администрации) города Намангана резко притормозила красная «Нексия». Задняя дверь «Нексии» открылась, и из машины на землю выпал мешок, после чего «Нексия» быстро умчалась. К зданию хокимията немедленно были вызваны специалисты по обезвреживанию взрывных устройств. Но взрывчатки в мешке не оказалось, там лежала отрезанная голова заместителя главы администрации города, недавно пропавшего без вести. Вскоре после этого, в разных частях города, недалеко от зданий силовых структур были обнаружены несколько обезглавленных тел, принадлежащих другим представителям власти рангом пониже.

***
- Джума, я думаю, тебе стоит сказать пару слов.
- Да, конечно, Славик, сейчас, — ответил Киму Джума и вскоре вышел из своего штаба. Джума оглядел суровые лица, стоявших перед собой людей и заговорил:
- Братья мои! Все вы помните, как мы радовались, когда ненавистная власть русских коммунистов рухнула. Мы радовались новой жизни, которая открывалась перед нами. Тогда мы не знали, что Аллах посылает нам новые испытания. Мы не знали, что русских коммунистов сменят предатели нашего народа. В угоду своим хозяевам евреям и американцам они подвергли нашу веру гонениям. Все правоверные мира глубоко оскорблены тем, что происходит на нашей священной земле. И они помогают нам. Наш друг и брат эмир Хаттаб оказал нам узбекам огромную честь. Специально для нас он построил в Чечне лагерь моджахедов. И сегодня вы первые выпускники «Узбекского фронта» отправляетесь в смертельный бой! Наша земля стонет от боли, наши братья, томящиеся в тюрьмах и зинданах СНБ, взывают о мести! Вы нанесёте смертельный удар по каримовскому Шайтанату! А если вам суждено погибнуть, вы погибните как шахиды и Аллах примет вас в рай. Тебе Абдулазиз, — обратился Джума к одному из боевиков. – Тебе как сыну нашего уважаемого шейха, нашего Учителя, предстоит особая задача. Твоя группа будет работать у здания Кабмина, там, где будет он, — глаза Джумы налились кровью, казалось, ещё немного и он захлебнётся от ненависти.
- Успокойся, брат, — Ким положил ему руку на плечо. – Успокойся!
- Да, сейчас, — отдышался Джума. – Сейчас.… Так, вот, — наконец, взял он себя в руки. – Весь этот Шайтанат держится на нём. И когда он умрёт, всё рухнет! 20 000 моджахедов Ферганы, Андижана и Намангана ждут от вас этого известия, чтобы действовать. Наши афганские братья ждут этого известия, чтобы перейти границу и ударить по Термезу. Мы победим! Смерть неверным собакам и их прислужникам! Аллах акбар!
- Аллах акбар! – ответили боевики.
- Аллах акбар! – повторило горное эхо.

***
День 16 февраля 1999 года начинался в Ташкенте, как самый обычный спокойный день. Горожане за последние годы привыкли к спокойствию. Ушли в прошлое и бандитские разборки с перестрелками и митинги националистов. Страна находилась во власти силовых структур. Такова была плата за спокойствие.
16 февраля это спокойствие было взорвано. Почти одновременно в разных частях города прогремело 6 мощных взрывов. Ещё каких-то полчаса назад ничего не предвещало тревоги, а теперь, будто кто-то включил чужую хронику: горело здание Кабинета Министров, слышались автоматные очереди на площади Независимости, у здания Национального банка дымились искорёженные автомобили, солдаты занимали оборону у здания главпочтамта.
- Что делается, что делается, какой ужас, они везде, везде, они бросают гранаты, стреляют во всех подряд!
- Я только что был у здания Нацбанка. Там взорванные машины, чьи-то руки, ноги, мозги, кровь. Кошмар!
- А, правда, что президент убит? Говорят, талибы уже атакуют Термез!
- Что за чепуха? Какие талибы? Президент жив!
- Включайте телевизор! Включайте скорее телевизор!
На экранах замелькали взорванные машины, разбитые витрины, фотороботы подозреваемых, один за другим выступали министры силовых ведомств.
- Против нашей независимой Родины совершён подлый террористический акт!
- К сожалению, есть убитые и раненные среди гражданского населения.
- Террористы не добились своей цели по дестабилизации страны.
- Религиозные экстремисты никогда не добьются своих целей!
- Узбекистан не свернёт со светского пути развития!
- Этот бесчеловечный акт насилия не останется без ответа!
- Организаторы и исполнители бесчеловечных террористических актов будут найдены и уничтожены, где бы они не находились!

***
Саид Абдулло Нури сидел в роскошном кабинете Джумы Наманганского, нервно перебирал чётки, едва сдерживаясь от гнева. Прошло уже полтора года, как лидер таджикской оппозиции вернулся на Родину. По соглашению с президентом Рахмоновым оппозиционеры получили ряд высоких постов в правительстве Таджикистана. Сам Саид Абдулло Нури возглавил Комиссию по национальному примирению. Он сменил мусульманскую одежду на европейский костюм, сбрил бороду, пожалуй, от былого Саида Абдулло Нури остались лишь чётки, которые он перебирал, слушая Джуму. Саиду Абдулло Нури было от чего злиться. После февральских терактов в Ташкенте, правительство Рахмонова, частью которого являлся уже и он сам, получало из соседней страны гневные письма с требованиями выдать или хотя бы, выдворить из Таджикистана организаторов взрывов. В случае невыполнения своих требований узбеки грозили перекрыть железную дорогу и отключить подачу газа, а в последнем письме даже провести войсковую операцию на территории Таджикистана.
За полтора года, прошедшие после возвращения на Родину, Саид Абдулло Нури обзавёлся роскошным особняком в центре Душанбе, получил престижную должность, открыл свой бизнес, и ему совсем не хотелось возвращаться к прошлой жизни. Прятаться где-то в горах, клянчить деньги на «джихад», каждый день бояться за собственную жизнь. Он прожил такой жизнью целых 5 лет, а ему было уже 52 года, и хотелось пожить немного для себя, джихад может подождать. Поэтому, Саид Абдулло Нури совсем не хотел из-за какого-то Джумы Наманганского портить отношения ни со своими бывшими противниками, ни тем более с соседним государством. В конце концов, сам Саид Абдулло Нури нашёл общий язык со «слугами Шайтана», почему бы и Джуме не заняться тем же самым? Но Джума думал по-другому и продолжал негодовать:
- Я не могу поверить своим ушам, я не могу поверить своим глазам уважаемый Саид Абдулло! Что с вами случилось? Ещё недавно вы называли меня своим братом, мои люди храбро воевали против неверных собак и их прислужников. И вот, что я вижу, вы ли это дорогой брат? Вы гоните меня своего единоверца, как бешеную собаку! Неужели слуги Шайтана просто купили вас своими подачками, и вы забыли о священном Джихаде?
Нури наконец, не выдержал и вскочил с кресла:
- Джума, ты переходишь все границы, — гневно заговорил Нури. — Мне надоело слушать твои оскорбления, Аллах, похоже, совсем лишил тебя разума. Мы много раз просили тебя действовать аккуратно, но ты нас не слушал и теперь каждая собака знает, что ты прячешься здесь. Мы больше не можем врать Каримову и говорить, что тебя здесь нет. Вот, что я тебе скажу, срок сдачи оружия заканчивается через две недели, и я как председатель Комиссии по примирению отвечаю за это перед президентом, мы не собираемся воевать из-за тебя ни с нашим президентом, ни с узбеками. Ты и твои люди должны уйти. Иначе тебе конец. Всё, мне надоело об этом говорить!
Нури сунул в карман пиджака чётки и почти вылетел из дома Джумы.
- Что же делать? – скрипнул зубами Джума. – Что же делать? – снова повторил он и буквально впился глазами в карту, висевшую у него в кабинете.


Окончание в следующем посте.
Tags: Историческое
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Comments allowed for friends only

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments